Что такое концерт? Это когда люди собираются вместе, чтобы совершить путешествие в другую реальность. Для успешного путешествия недостаточно просто исполнить музыку. Имеет значение всё: порядок произведений, внешний вид артистов, общий вид помещения, и конечно же, публика, которая в хорошем концерте становится соавтором исполнения.

17 июля в музее современного искусства «Лисьи Огни» состоялся действительно хороший концерт. Александр Маньковский и Марта Малышко представили петрозаводской публике оригинальную программу «Любовь моя принадлежит мне» из произведений британских композиторов. Это было второе исполнение – сразу после премьеры в Санкт-Петербурге.

Александр уже приезжал в Петрозаводск год назад. Меня на том концерте не было. Поэтому, когда (несмотря на очень малое количество рекламы) до меня долетела весть, что Александр вновь собирается сыграть в Петрозаводске, я преодолел свою извечную лень и социофобию и выбрался в люди.

Музей «Лисьи Огни» расположен в здоровенном ангаре. Полотна карельских художников вольготно чувствуют себя в белых стенах, это пространство лишено торжественности и пафосности концертных залов. С самого начала между зрителями и артистом будто бы отсутствовала рампа. Вместо театральных трёх звонков перед началом из публики вышел сам Маньковский в футболке с надписью LOVE, хлопнул в ладоши и сказал: «мы начинаем».

Голос у Александра тихий: чтобы услышать, о чём он говорит в большом помещении приходится даже слегка прислушиваться. Вкратце он рассказал о программе – подборке произведений британских композиторов, выстроенных в единую форму, наподобие большой сюиты. Да, сегодня, к сожалению, даже не все посетители филармонии знают, что при исполнении циклических произведений (сюит, симфоний, концертов) аплодировать между частями нельзя – это сбивает настройку, например, когда после трагического adagio начинается бодрое allegro. Маньковский оговорил этот вопрос с публикой отдельно, после чего скрылся за сценой. Почти одновременно с этим оттуда стало доноситься чистое и мелодичное меццо-сопрано.

Акустика ангара для артиста – гигантское увеличительное стекло. В паузе между последними словами конферанса и первыми нотами музыки ещё были слышны многочисленные шарканья ног и бас соседа, что-то вполголоса любезно объяснявшего своей спутнице. Однако вскоре тишину нарушали лишь стук и рокот моторов из находящегося за окном порта.

Артисты появились из-за сцены вдвоём. Марта Малышко – обаятельная, естественная и очень живая – исполняла песни на британском языке в диалоге со скрипкой.

Вообще, нужно сказать, что вокал и скрипка – это очень нетипичный, в чём-то даже противоестественный состав. У женского голоса и скрипки примерно одинаковый диапазон и схожая природа звучания. Но в дуэте Марты и Александра не было ни тени серьёзной конкуренции, лишь взаимная поддержка и радость общей игры – во всех смыслах этого слова.

Ни для кого не секрет, что репертуар учебных заведений – от детских музыкальных школ до консерваторий – не очень меняется с годами. На афише концерта не было фамилий композиторов, да и не факт, что они что-то сказали бы публике: в лучшем случае кто-то вспомнил бы Густава Холста, известного по сюите «Планеты». Исполнение редких вещей всегда было делом энтузиастов. При этом необычный репертуар будто бы освобождает артиста от необходимости ставить своё имя выше имени автора. Если на некоторых филармонических афишах мы видим объявления наподобие: «Денис Мацуев. Третий концерт Рахманинова», то этим погожим летним вечером в Петрозаводске мы всё-таки услышали музыку Блисса, Маттейса, Холста, а Марта и Александр были для нас её проводниками, экскурсоводами по иному времени и культуре.

Сложно ли это – пропускать через себя боль и радость других людей, живших сотни лет назад и совсем недавно? В программе были как народные песни, так и музыка барокко, а ещё музыка композиторов двадцатого века. Но разница эпох абсолютно не ощущалась, она сгладилась общей интонацией английской музыки. Англия – это не только ухоженные зелёные лужайки, но и нечеловеческая мощь гигантской колониальной империи. Английская музыка совмещает в себе оба полюса. Вроде бы светлая, мелодичная, но несущая в глубине железный стержень ритма и темперамента. Честно скажу, во время исполнения отдельных вещей сложно было воздержаться и не прихлопывать в такт, но петрозаводская публика стоически сдержала данное артистам обещание.

Исполнение в ангаре освободило нас от всех условностей концертного зала. Да, аплодисментов не было, но был какой-то другой уровень общения между артистом и публикой, не требующий красивого раскланивания после каждого номера. Мы будто бы все вместе посмотрели в одну сторону: удивились чужой жизни, протекающей на берегах чужих морей – и вместе с тем так похожей на нашу.

Петрозаводск – город, стоящий на большой воде. Иногда в звучание скрипки и голоса вклинивались звуки разгрузки порта и крики чаек. Но если симфонию Моцарта такой «аккомпанемент» неминуемо бы осквернил, то дуэт Марты и Александра просто растворял их в себе, превращая в часть музыки.

После концерта я шёл домой пешком по набережной. У воды кто-то нестройно пел под гитару, от шашлычки доносились неминуемые в таком месте звуки русского шансона. Но весь этот обыденный шумовой фон совсем не контрастировал с только что пережитым катарсисом. Александр и Марта не одарили нас «высоким искусством» для небожителей. Они просто напомнили нам о том, что в современном мире все мы в каком-то смысле живём в порту: в точке пересечения разных культур и укладов жизни. А качественно пропустить через себя другую культуру можно только в том случае, если обладаешь при этом своей.