И «АркА» в пятый и шестой дни XXIV Республиканской театральной «Онежская маска»в очередной раз убедилась в справедливости этого высказывания. Дневник фестиваля, хотя и ретроспективно, продолжается: на сцене внеконкурсный спектакль «ROMEO&JULIETTE» творческого объединения Арт-кутеж «Крыса» в постановке Сергея Шатровского и спектакль «Превращение» Негосударственного авторского театра Ad Liberum в постановке Снежаны Савельева, где Шатровский сыграл центральную роль.

«ROMEO&JULIETTE» – одна из первых постановок творческого объединения «Крыса» – по своим эстетическим установкам удивительно соответствует самоназванию Арт-кутежа. Трагедию Шекспира разыгрывают традиционные маски Commedia dell’arte – Арлекин, Пьеро и Коломбина. Как и у Людмилы Петрушевской Арлекин (Виталий Снегур) – режиссёр. Он выходит в гриме Джокера (почти как у Хоакина Феникса) и с крылышками Купидона и приглашает всех нас в свой цирк на «это шоу». В первой же его речи сталкивается несовместимое: например, джаз и Наполеон. Но его балаган не вневременной: напротив, он остро современен.

Арлекин-Снегур – инфернальный персонаж. Он закручивает действие и двигает его вперёд. По сюжету Купидон – его профессия: он принимает заказы на соединение судеб, но Джокер– внутренняя сущность. Поскольку Арлекин – режиссёр, он точно знает наперёд, что будет, не может отказать себе в удовольствии поступать импульсивно: здесь и сейчас. Он то сочувствует Ромео, то смеётся над ним, то толкает его к Джульетте, то отталкивает от неё. Арлекин выступает в роли Меркуцио, играет одного из родителей Джульетты и надевает костюм-болтунью острохарактерного Лоренцо, говорящего: «Сегодня я вас поженил, а завтра похороню». Именно Арлекин-Снегур в роли Купидона с дьявольской усмешкой предлагает по телефону Парису в качестве невесты Джульетту. Он всегда где-то рядом с главными героями, и кем он обернётся на этот раз, и можно дли ему доверять – никогда не ясно. На то он и Арлекин – вечный символ ветрености и обмана.

Роль Ромео играет Пьеро (Алексей Круглов). Средоточие декаданса, он шагнул в балаган-шоу прямо из Блоковского «Балаганчика», став носителем современного посттравматического синдрома. Нервный, инфантильный и мечтательный, как любой Пьеро, он мечется между Любовью и Смертью и обречён на страдания. Алексей Круглов – продолжатель русского амплуа неврастеника, и смотреть за любой его ролью невероятно интересно: он музыкален, умеет существовать ритмически, работать с пластикой и светотенью, держать наполненную паузу. Его Пьеро-Ромео готов топить свои чувства в алкоголе и пугающе легко выходит из себя. Когда персонаж Круглова в ярости, границы между героем и актёром стираются, и это производит поистине жуткое и уже внетеатральное впечатление. Пьеро исполняет и комическую роль Кормилицы, и играет второго родителя Джульетты.

Роль Джульетты исполняет Коломбина (Кристина Маллиева). Она умна и энергична, независима в суждениях и действиях, кокетлива и соблазнительна. Но совершено не романтична. Её девиз: «Я хочу спать, но я здесь». На фоне изломанных Арлекина и Пьеро она выглядит удивительно здравомыслящей и жизнеспособной, тем не менее, в ней есть и черты из «Шарфа Коломбины» (оно же «Покрывало Пьеретты» Артура Шницлера. Коломбине-Джульетте дан большой монолог-камео, что делает главным героем балаганной трагедии её, а не Ромео.

На засыпанной старой шуршащей бумагой сценой творческое объединение «Крыса» дерзко отвергает предыдущий театр и активно заимствует из него же, утверждая новое искусство. Шекспир разыгрывается в парадигме «сначала любовь, потом война, затем смерть».

Крысы – маленькие, а артисты творческого объединения «Крыса» очень юны – они ещё студенты Колледжа культуры и искусств. Крысы – юркие и ловкие, и актёры «Крысы» и невероятно пластичны и прекрасно двигаются. Крысы обладают высоким интеллектом, и театр Арт-кутежа – это умный театр. Крысы – смелые и независимые, и режиссёр и артисты дерзки в своём ниспровержении. Крысы знают и контролируют так много, что бывают забывчивы: так забывают на сцене и про воздушный шарик-Париса…

Крысы всеядны, и густой, полный цитат и аллюзий, сценический текст спектакля заставляет зрителей не отрывать глаза от сцены, считывая ассоциации и радуясь узнаваемым символам. Постановщик и актёры переживают период цветущей сложности, и в нагромождённости метафор, отсылок и возникающих на их стыке смыслов интересно разбираться.

В словах и действиях персонажей «ROMEO&JULIETTE» – горечь безысходности. На сцене умирает поколение, выросшее в любви и заботе в сравнительно сытые и свободные годы. Первое поколение, которое имеет ум и силу выбирать. И которое этого выбора лишили. Вот и остаётся им вести ночной образ жизни, забиваться в норы, убежища и подвалы. Радует лишь то, что крысы умеют приспосабливаются и в любых обстоятельствах могут сохранять себя как вид.

И вот, стою я, бледен лицом,

Но вам надо мной смеяться грешно.

Что делать! Она упала ничком...

Мне очень грустно. А вам смешно?

О спектакле «Превращение» в постановке и оформлении Снежаны Савельевой «АркА» уже писала: ДАНО МНЕ ТЕЛО. С появлением в центральной роли Грегора Сергея Шатровского спектакль зажил новой жизнью, но не потерял особой кафкианской разреженной атмосферы.

«Арка» дарит билет на церемонию за отзыв на любой спектакль. Присылайте свои отзывы в сообщения группы . Ваши тексты будут напечатаны на страницах журнала, а тот или та, чей отзыв будет признан редакцией лучшим, получит место на церемонию «Маска мимо! или Что-то пошло не так» на сцене Музыкального театра Карелии. Не пропустите возможность подвести итоги XXIV Республиканской театральной премии вместе с актёрами всех театров: не позвольте маске пройти мимо вас!