В театре драмы РК «Творческая мастерская» прошел вечер, посвященный 30-летию выпуска актерского курса Ивана Петрова, ставшего сейчас ядром театра.

Недавнее 100-летие Ивана Петровича Петрова, главного режиссера театра «ТМ» и педагога, мастера курса отметили тут же на сцене разговорами с о нем и с ним, а также шампанским (детским).

Менее всего вечер был похож на представление, скорее, на расширенный для публики вечер встречи выпускников – с историями и видеохроникой.

Со сцены не уходили действующие актеры курса Петрова: Виктория Федорова, Ольга Саханова, Наталья Мирошник, Ирина Старикович, Юрий Максимов, а также приехавшие из других городов и даже стран их однокурсники: Олег Липовецкий, Кира Мирутенко, Ярослав Гейвандов, Константин Лебедь, Инесса Александрова, Любовь Забияка. Алексей Бабенко и Евгений Шагал прислали видеоприветствия.

Незримым участником встречи был и Георгий Николаев, актер, ушедший из жизни в 2024 году. Мы видели его вместе со всеми в хронике, сохранившей некоторые моменты студенческой жизни (у родителей Виктории Федоровой оказалась хорошая видеокамера), смеялись над историями про особенности его костюма в детской сказке и над тем, как он отказался репетировать роль поросенка.

Вновь увидеть почти весь курс Петрова на сцене театра было здорово. Общее настроение было, скорее, лирическим. Возможно, публика вместе с артистами вспоминала и свою юность, прошедшую где-то рядом.  

Еще до встречи в театре «АркА» поговорила с двумя «не местными» выпускника курса. Их объединяет то, что они стали профессиональными режиссерами и сейчас руководят большими театральными коллективами. Олегом Липовецкий – художественный руководитель театра «Шалом», а Кира Мирутенко – создатель и худрук театра «Арт-Мастер». И Олег, и Кира сказали нам, что Иван Петров прямо или косвенно повлиял на их выбор направления в профессии.

- Олег, расскажи коротко, как складывалась твоя жизнь после окончания Студии актерского мастерства при «ТМ»?
 
- Около года я проработал в театре «Творческая мастерская», а потом получил приглашение в Московский еврейский театр «Шалом». По глупости своей поехал туда и страшно разочаровался – «Шалом» оказался одним из самых плохих театров, которые я видел в своей жизни.

В Москве мне было одиноко, я очень скучал и по Петрозаводску, и по театру, и по курсу, ну и, короче, по всему, что здесь было. В общем, я вернулся обратно, довольно долго работал в театре «ТМ», потом поступил в Театральный институт им. Щукина учиться на режиссера.

Потом в какой-то момент мне нужно было выбрать, оставаться актером «Творческой мастерской» или начать ставить спектакль. Я выбрал второе, уволился из «ТМ», стал ездить по городам и весям нашей страны и ставить спектакли. По-прежнему жил в Петрозаводске. Здесь я придумал конкурс драматургии «Ремарка», который, к сожалению, не получил здесь поддержки и уехал потом в другие города.  С другой стороны, если бы «Ремарка» когда-то не ушла из Петрозаводска, она бы не стала самым большим русскоязычным драматургическим конкурсом страны.

Потом я окончил Школу театрального лидера при Центре имени Мейерхольда в Москве. Параллельно ставил спектакли в разных городах. За это время у меня появилось много друзей и знакомых в театральном мире.

В какой-то момент я стал понимать, что у меня есть знания и силы для руководства театром, но это довольно долго не складывалось по разным причинам. Я был уверен, что у меня еще есть время. Например, Юрий Любимов стал руководителем Таганки и поставил свой первый спектакль в 46 лет.

До 48 лет я жил в Петрозаводске, как моряк дальнего плавания, уезжал на постановку на 2 месяца, потом приезжал на месяц, потом опять уезжал на 2-3 месяца. В 48 лет я получил приглашение возглавить Московский еврейский театр «Шалом». То, что от него осталось на тот момент. К этому времени театр уже 10 лет не работал, там ничего не было: ни здания (оно стояло в развалинах), ни труппы.   

Когда получаешь хороший театр, то тебе трудно что-то доказывать, а когда ты получаешь пепелище, чтобы ты ни сделал, все равно будет лучше того, что было до тебя. В этом плане мне было легко. Я переехал в Москву вместе с семьей, и с тех пор работаю художественным руководителем Московского еврейского театра «Шалом».


- Есть ли у тебя какое-то умение или знание, которые связаны именно с влиянием Ивана Петровича Петрова?

- Конечно, Иван Петрович - главный мастер в нашей жизни. В свое время он заложил во всех нас отношение к профессии. Анализируя то, как он жил в театре, я понимаю, что его главное качество – кропотливая, ежедневная, особо не заметная работа с труппой, с театром. Полная самоотдача, умение не ждать похвалы и благодарности – это важные качество лидера, человека, который заботится о других. Я до сих пор помню две его фразы, которые часто использую в жизни. Точнее, одну использую, а вторую просто помню. Когда он узнал, что я хочу поступать на режиссуру, сказал, что режиссер – это самая одинокая профессия. Он оказался прав, конечно.

- Что это значит? Что, когда ты берешь на себя всю ответственность, нет людей, которые могли бы разделить это все с тобой?

- Да, да. Профессия одиночки. А вторая фраза Петрова была про щедрость. Если у тебя есть идеи, ты должен ими делиться. Я не уверен в своем таланте. Но когда я щедр, я думаю, раз я такой щедрый, может быть, я чуть-чуть и талантливый. Это очень помогает в жизни.

- Можешь рассказать какую-нибудь историю из жизни курса?
 
- Мы очень хотели попасть в театр. Если не через дверь, то через окно. И вот на одном из капустников мы зашли в «ТМ» через окно. Предварительно договорились как-то с пожарными, и нам выделили машину с пожарной лестницей. Она приехала, подняла лестницу на четвёртый этаж, и мы без всяких страховок поднялись по ней в театр.

- Что ты делала после окончания курса в студии Петрова?

- Почти 5 лет я работала в театре «Творческая мастерская»: играла на сцене, была завлитом у Петрова – огромный кусок жизни, на самом деле. Иван Петрович всячески прочил меня в режиссуру, но я упиралась. В конце концов уехала в Москву, в ГИТИС. После защиты диссертации несколько лет я преподавала в Школе-студии МХАТ. Потом организовала в Москве свою студию, а затем – 18 лет назад - появился и свой театр «Арт-Мастер» в Финляндии.

- Чему тебя научил Иван Петрович, помимо профессии?

- Петров научил всех нас пробивать головой стены. Это умение пригодилось – и в Москве, и в эмиграции. Но выработалась и своя формула (тоже благодаря ему): однажды стало понятно, что никаких стен не существует, все они только в нашей голове, и мы летим (плывем) в потоке.

Я стала режиссером также благодаря и опыту в студии Петрова, потому что нас готовили к тому, чтобы делать спектакль с нуля. Сейчас я ставлю, говорят, довольно сносные спектакли на русском языке. Вожу их по миру. Собираю вокруг себя актеров, музыкантов, художников, просто любителей театра. Через неделю еду в Америку ставить «Евгения Онегина». Такая вот выставка достижений народного хозяйства.

- В течение двух дней ты репетировала на сцене юбилейный вечер «ТМ». Как ощущения?

- Я вообще не сторонник встреч выпускников, поэтому ехала в Петрозаводск с некоторыми опасениями. Но тут вышло так, что мы очень славно провели эти два дня в подготовке программы. Вспомнили много трогательного, забавного и грустного – не все из нас дожили до этого дня. «Путешествие в обратно я бы запретил», говорил поэт, но здесь вышло иначе.

- Расскажи историю из жизни вашего курса!

- Иван Петрович был помешал на театральной этике. Нас это страшно бесило – мы считали себя взрослыми, которым не надо объяснять очевидные вещи, поскольку мы и так знали, как нужно вести себя в театре, на репетиции, с партнерами, - вообще внутри театра. (На самом деле я только сейчас, когда сама руковожу театром, понимаю, как это работает).

Мы были послушными, но иногда брыкались. Не из строптивости, а из глупости. Например, однажды мы решили устроить акцию на спектакле «Я пошел гулять с ума». Поскольку режиссер Андрей Тупиков написал, что это – игра со зрителями, мы решили поиграть с артистами. Накануне сочинили плакаты, приготовили костюмы. Петров пытался к нам зайти в репзал, но мы его не пустили, сказали, что готовим сюрприз. Если бы только знал, что мы затеяли!
В общем, мы припелись на спектакль с этими транспарантами, что-то выкрикивали по ходу дела. Бедные актеры на сцене! Они достойно все это вынесли, спектакль не сорвался, но как же Петров потом на нас орал! Хороший был урок. Мы трезвее стали смотреть на некоторые вещи, особенно, когда сами попали на сцену. Такие мы были малолетние идиоты тогда.